полемическое архи полемическое (arhipolemos) wrote,
полемическое архи полемическое
arhipolemos

Об исторических судьбе и предназначении–7

завершая цикл, а вместе с тем, продолжая опросы-набросы (по счету в этом ряду, получается, тоже 7-й)

Подводя итог уходящей весне, нельзя не обратить внимание на то, как же все-таки всё перевернулось. Когда, аналогичным образом, подводились итоги зимы, было замечено, что в тот период особенно настойчиво звучала тема будущего, причем, вкупе с вроде бы совсем не уместной ни по сезону, ни по текущей мировой ситуации, глубоко оптимистической темой Весны Человечества. В прошедшую же весну можно отметить тему, тоже по сезону не уместную, и хотя, может, не столь настойчивую, но таки звучавшую мотивом, претендующим на ведущую роль, – а именно, тему смерти. Плюс ряд смежных тематических линий, – т.е., помимо преставившихся, о которых "... либо ничего", это: "скудные времена", гр.общество, чума, жЫсть, ресентимент и информ.террор).
И всё же, тем настойчивей выдвигалась тематическая контр-альтернатива, – о контекстах осмысления и обсуждения исторической действительности, о мере культурно-национальной самоидентификации, о понимании возможности спасения, о Тысячелетнем Царстве, о концептуальных и практических полит.раскладах, и множество постов именно в таком, не просто оптимистическом, но архиполемическом духе, который происходит не из какой-то "исступленности" автора блога arhipolemos, но из самой ситуации в стране и мире.
И этот архиполемический дух, стремительно ворвавшись с майским, мирным, трудовым, победным, пасхальным воздухом, принес, собственно, наш магистральнейший цикл _Об исторических судьбе и предназначении_! Магистральнейший и относительно сезона, и относительно всего гипертекстового массива данного блога.

И теперь, завершая этот цикл, и с ним – весенний период, мы, разумеется, не просто не можем претендовать на исчерпание самой темы Судьбы и Предназначения, но даже обязаны признать невыполненной сколько-нибудь успешную постановку вопроса для разработки этой темы. Именно этим и займемся, – резюмируя цикл, но при этом, находясь лишь на подступах к самой теме.

К вопросу
      В посте другого цикла – _Про общий знаменатель_, цикла другого, но теснейшим образом связанного с данным, – в 3-м посте этого цикла был задан ВОПРОС.
      Чрезвычайно важный, и никакими повседневными делами в своей важности не отклоняемый, вопрос! Как и абсолютно не располагающий к "уточнениям", типа: "а чего бы ещё Вы хотели услышать?", – потому что какие-либо "хочу", в данном случае, абсолютнейшим же образом, НЕ УМЕСТНЫ! Ибо это было бы с моей стороны чудовищнейшим индивидуалистическим призволом с чудовищнойшей же подменой того, что здесь должно обретаться, вместо этого "хочу" – КОЛЛЕКТИВНОЙ ВОЛИ! Т.е. той воли, к которой только и может апеллировать этот вопрос, при этом, уже совершенно уместным образом, подразумевая архиполемическую сложность в возможности выражения этой воли, и соответствующего СОВМЕСТНОГО СОВЕРШЕНИЯ ИНДИВИДУАЛЬНЫХ УСИЛИЙ в реализации этой возможности! Короче говоря, в том и суть вопроса, чтобы АПЕЛЛИРОВАТЬ к таковой воле и УДОСТОВЕРЯТЬСЯ в том, насколько она реально у нас присутствует.
      Так вот. При всём при этом, ответов на поставленный вот так ребром и в лоб вопрос ПОЧЕМУ-ТО (???!!!) не поступило. И это при том, что в небольшой подсказке (сразу же по ссылке за формулировкой вопроса) пояснялось, что вопрос – НЕ риторический, НЕ сакраментальный, и главное, призванный быть ОБРАЩЕННЫМ КАЖДЫМ ИЗ НАС САМОМУ СЕБЕ! Хотя, что касается вот такой авто-адресации, там пояснялось т.ж., что насколько при попытках ответить на него не только словом, но и делом, этот вопрос окажется не на засыпку, это зависит от способностей любить и жить по совести. И там (в "подсказке") как раз приводилась ссылка на текстовой фрагмент поста _Об исторических судьбе и предназначении–6_, где говорится о любви и совести как духовно-экзистенциальных способностях (там же и более-менее отчетливые определения Судьбы и Предназначения).
      И вот, ответов нет. И тогда, получается, если их нет, значит, вот с этими способностями имеет место проблема... Ведь, ну, если любовь, то здесь, конечно, трудность хотя бы уже в том, что невозможно заставить себя любить... И здесь, получается, так же, как и с верой, – вот, как у классика: «Я верю, обещаю верить, / Хоть сам того не испытал ...». Так и с любовью. Но, вот же, совесть...
      Ведь это именно она позволяет нам признать неспособность к любви и вере. Неспособность в духовно-экзистенциальном смысле, а это, помимо какого-то, типа, "перфекционистского" масштаба, – хотя, строго говоря, речь о подлинно человеческом, которого не "больше/меньше", а оно либо подлинное, либо отчуждено от этой подлинности, – так вот, помимо этого, и в то же время ввиду этого, здесь подразумевается и принципиальнейшая НЕфатальность таковой неспособности к любви и вере. То бишь, восполнимость их недостатка, – разумеется, при наличии воли, относительно которой тоже, при её дефиците, можно сказать, что он НЕ является фатальным. Так вот, значит, по совести, если уж не жить, то сказать, вот, СКАЗАТЬ-то ведь можно?!...
      Сказать, аналогичным образом, как и с верой, что, вот: "ну, да, увы мне, увы, но пока какой-то такой дефицит имеется с жизнью по совести, потому что, ну, вот, 'хочется как лучше ...' ... а получается хуже некуда". И что, опять-таки, "увы МНЕ, увы, но буду вчитываться, вдумываться, ИСКАТЬ НЕ ПРИЧИНЫ ЭТОГО НЕДОСТАТКА, А ВОЗМОЖНОСТИ ВОСПОЛНЕНИЯ ТОГО, ЧЕГО НЕДОСТАЁТ".
      И здесь уже даже не воля, а просто желание... Хотя, конечно, это такое желание, которое связано НЕ с сиюминутным, и НЕ с досужим, НО с НЕБЕЗРАЗЛИЧИЕМ! А именно, с небезразличием К ТОМУ, О ЧЁМ СПРАШИВАЕТСЯ, и что, для ответа востребует восполнения и любви, и веры, и совести, и прежде всего, ПОНИМАНИЯ, что такое эти способности в духовно-экзистенциальном смысле. А это значит, в отношение каждого из нас – смысл МЕТАФИЗИЧЕСКИЙ, т.е. подразумевающий ПРЕДЕЛЬНЫЕ ОСНОВАНИЯ НАШЕГО БЫТИЯ И СОЗНАНИЯ, МЫШЛЕНИЯ И ДЕЙСТВИЯ КАЖДОГО ИЗ НАС.
      И вот, небезразличие к таким образом спрашиваемому. А спрашивается, – и при этом, вкупе с этим вопрошанием СВИДЕТЕЛЬСТВУЕТСЯ, и свидетельствуется, как это здесь и полагается, НЕИСТОВО ИСТИНСТВУЯ, – так вот, именно таким и никаким иным образом, спрашивается ЧТО?... А то!
Слагаемые и Суть Вопроса
      Вот, Русский Мир, который не есть какая-то там космическая "Туманность Андромеды", не какой-либо из "миров", описываемых естественными или точными науками ("мир флоры и фауны", "мир чисел и математичесих объектов"), не "богатые/бедные миры" отдельно взятых граждан, где относительно первых возникает вопрос: "если твой мир такой 'богатый', то почему вокруг тебя так много бедных и духовно, и материально?", – так вот, не вот это вот всё, и много еще чего "НЕ ...", НО Русский Мир! И вот этот вот Мир есть конкретнейшая реальность, про которую, помимо всех вот этих "НЕ ...", можно много чего уже в позитивном смысле говорить, однако суть для нас сейчас НЕ в этих наличествующих атрибутах самих по себе, НО в самом вот этом "ЕСТЬ" этого Мира с его атрибутами! В его БЫТИИ! В ИСТОРИЧЕСКОМ бытии, где речь о Судьбе и Предназначении, каковые, опять-таки, не суть атрибутивные признаки, но то, что либо присутствует явным и очевидным образом во всех таких признаках Русского Мира (как и всякого культурно-исторического мира), либо отсутствует, будучи, кем-то и в силу каких-то обстоятельств изгнанным из бытия и сознания жителей этого Мира.
      Присутствие же означает, что:
- бытие представляет собой, не больше, не меньше (впрочем, "больше" тут, как или иначе, предполагается, – см. далее), но бытие государство- и культуро- образующего народа,
- сознание, коль скоро оно определяется бытием в означенном его качестве, то оно, со своей стороны, предполагает такую ПРОЕКТНОСТЬ (ср.: И суровое наше сознание / Диктовало пути бытию), которая связана с полноценным функционированием ИСТОРИЧЕСКОЙ ПАМЯТИ, а это, в свою очередь, означает не просто способность к сохранению определенного набора каких-то событий и артефактов, но укорененность в ПЕРВОРОДСТВЕ.
      И вот, наш вопрос заключается в том, что если Первородство жителей Русского Мира состоит в МЕССИАНСКО-СВЕРХДЕРЖАВНОЙ ВСЕЧЕЛОВЕЧНОСТИ и в МИРОСПАСИТЕЛЬНЫХ Судьбе и Предназначении, в связи с чем, этот Мир НЕ замкнут в себе, если всё по определению так, то какого рожна мы продолжаем по уши пребывать в этом чечевичном хлебалове, в коем мы уже пребываем более 20-ти лет?!
      Люди, не вменяемые относительно такого смысла Судьбы и Предназначения, не преминут здесь "заключить", что, дескать, потому и пребываем, что, по своим мессианским "замашкам", позволяем, дескать, всем, кому не лень, нами "помыкать и понукать" (невменяемость авторов этого "вывода" заключается в том, что, каких бы точек зрения, позиций они не придерживались, они по необходимости попадают на концептуальное поле несистемной "пятой колонны", являющейся интерфейсом чрезвычано системных субъектов ультра-западнической позиции (УЗП)).
      Но в том и состоит их невменяемость, как и множество недоразумений людей вполне вменяемых, что Судьба и Предназначение, будучи РЕАЛЬНЕЙШИМ ФАКТОМ общественно-исторической действительности, – тем, БЕЗ ЧЕГО САМА ЭТА ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ НЕ ВОЗМОЖНА, – они, тем не менее, могут отчуждаться из бытия и сознания своих носителей! И значит, то, что Русский Мир, по определению, НЕ замкнут в себе, т.е. не представляет собой "цивилизационную монаду", и этим отнюдь НЕ отрицается наличие цивилизационного корня (культурно-исторически – в Православной державе, культурно-исторически же возросшей через Российскую империю до Сверхдержавы), и стало быть, НЕ утверждается что-либо о "вхождении в содружество цивилизованных стран", НО говорится о миссии спасения мира, которая никому в этом мире НЕПРЕПОРУЧАЕМА (ибо только русский народ наиболее глубоко обладает той, исторически выкристаллизовавшейся в его культурно-мировоззренческом коде, открытостью его разным культурам, которая, на основе творческого усвоения их содержаний, делает его народом, способным к миро-спасительному проекту), – так вот, всё это способно отчуждаться. И происходит это отчуждение через то, что сами жители Русского Мира ЗАМЫКАЮТСЯ ДРУГ ОТ ДРУГА В СВОИХ МИРКАХ!
      Причем, это не сводится к насаждению индивидуализма, каковой трэнд классического Модерна уже сам собой уходит из бытия и сознания даже западного общества, будучи тесным разного рода корпоративизмом, от мегамасштабно-мейнстримного до маргинально-субкультурного (грозящего стать альтернативой сегодняшним "мега", – ср. о "реванше палеолита посредством возвращения кочевых банд как основы социальности"). В постсоветской же реальности это представляет собой ПРЕВРАЩЕНИЕ советского коллективизма в совокупность архаических гетто, структурированных "культом карго".
      И здесь, развивая наше архиполемическое вопрошание, зададимся следующими вопросами. Даже если мы вменяемы, и вменяемы даже настолько, что способны уразуметь и аналитически системно представить означенные процессы отчуждения, при этом, руководствуясь проектным представлением о СОДЕРЖАТЕЛЬНОМ СИНТЕЗЕ (см. по ссылке выше – стенограмма в/п «Школа сути–18»), то свидетельствует ли это о том, что мы уже преодолели каждый в себе это отчуждение? И что является конкретным и реальным показателем в этом свидетельствовании?
      О возможности выяснения этого – в заключительном пункте.
Вызов зыбкости: разрыв между величием и наличием
      Разбираться будем на примере движения «Суть времени». Согласны ли вы с его идеями в целом или отчасти, или совсем не согласны, но в любом случае, оно, по самой своей инициативе и способам её реализации, а т.ж. по идейной накаленности, представляет собой нечто беспрецедентное для всего постсоветского периода. А ПО ИДЕЙНОМУ СОДЕРЖАНИЮ, и вообще, ИСТОРИЧЕСКИ БЕСПРЕЦЕДЕНТНОЕ, – если внимательно вдуматься в вышеприведенные выкладки, и внимательно внять свидетельствуемому и вопрошаемому в них. И главное во всём этом, что именно независимо от согласия с идеями, движение являет собой для всех и каждого образец консолидации и мобилизации, востребованной НЕ чьими-то чрезмерно пылкими порывами, НО самой ситуацией вот этого распыла, аномии и архаизации.
      И вот высказывания одного из членов руководства движения в его статье, – концептуально-аналитической по теме, но чрезвычайно реалистической по содержанию.
«... я предлагаю нашим "сутевцам" ощутить свою собственную ситуацию как ситуацию, которую враг хочет превратить в номадологическое — то есть лишенное целей, смыслов и опор — странничество.
К этому есть все основания. Наблюдая "сутевцев" на протяжении двух лет, я могу предложить им рефлексивную модель. Именно такие модели и являются, на мой взгляд, главным средством преодоления номадологических искусов.
Вначале будущие "сутевцы", жившие в обычной зыбкости, услышали призыв Кургиняна. И стали, выбираясь из этой зыбкости, куда-то идти. Поначалу, возможно, просто читая книги. Или проводя простейшие акции и другие мероприятия.
Шаг за шагом они убеждались в том, что рядом с ними тоже кто-то идет. И что эти траектории микространствий сплетаются, причем достаточно причудливым образом, образуя некий жгут. Ощущение себя внутри этого жгута — вот что знаменует переход во вторую фазу.
На третьей фазе жгут превращается в туннель, по которому идут странники. Туннель выводит из зыбкого во что-то другое.
Но в душах странников все еще размещена своя зыбкость. Она же подозрительность и так далее. Соприкасаясь с чем-то другим, странник говорит: "Я хочу верить, что ты не зыбкое. Но я проверю. Имею же я право и здесь подозревать зыбкость!" И впрямь, ведь он имеет на это право. Но как только он начинает соединять незыбкое со своим подозрением в его зыбкости — незыбкое становится зыбким.
И неважно, как называется это подозрение — "кремлевским проектом" или чем-то еще. Главное, что странник считает, что мир состоит из его зыбкости и чего-то незыбкого в классическом смысле этого слова, куда он не может привнести свою зыбкость. Но такового уже просто нет. И потому новое, прочное незыбкое — может быть только создано, построено самим странником. Построено, а не дано ему в качестве несомненности.
В это<м> — вызов неклассичности. В классическом мире ты можешь встретиться с чем-то, потыкать в него и, обнаружив незыбкость, успокоиться и сказать: "Наконец-то я нашел незыбкое! Нашел опору!"
А в неклассическом мире ты должен угадать незыбкое в том, что ты встретил. Соединить его с тем незыбким, что есть в тебе. И изгнать зыбкое из того, что ты встретил, и из себя. И на все это обретенное незыбкое опереться.»

Ю. Бялый. Концептуализация Не-Бытия.
Часть V. Концепты постмодернизма.
Неукорененность. Номадология и ризома–1

Суть времени. № 16 от 20 февраля 2013 г.

      Итак, «номадологический искус». "Номадологический", как следует из проделанного автором разбора концептов постмодернизма, означает такие, как можно несколько проще сказать, "перекати-поле-страннические" мировосприятие и образ жизни. А применяя это к деятельности общественного движения, это будет означать то, что обычно называется "разброд и шатания". И вот, в этой, предложенной автором, «рефлексивной модели» говорится о трёх фазах развития движения, увеличения его внутренней когерентности:
от попыток, «услышав призыв Кургиняна, выбираться из зыбкости» (подчеркнем, речь не просто об авторской позиции, которая, прозвучав каким-то убедительным и вдохновляющим образом, "оказалась привлекательной" для некоторых людей, но том, что автор озвучивает тот призыв, который содержжится в ИСТОРИЧЕСКОЙ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ), к сплетению индивидуальных «траекторий микространствий в некий жгут и ощущение себя внутри этого жгута», и далее, к превращению этого жгута в «в туннель, который выводит из зыбкого во что-то другое».
      Далее говорится о том, что даже по прохождении этих фаз, зыбкость еще сохраняется в душах участников, что выражается во всевозможном самообмане, когда, соединяя эту зыбкость с подозрением, люди начинают с сомнением относиться, собственно, к проекту и содержанию движения в целом. А тем самым и впадают в «номадологический искус» (ср. о коммуникативном поведении некоторых участников движения и его симпатизантов, которые "уходят из сложного реального мира в плоско-белоленточный мир и что-то верещат из него", и там же, кстати, тоже говорится об определенных "фазах").
      И суть проблемы в том драматическом обстоятельстве, которое автор называет «вызов неклассичности», и которое обретается ПОВСЕМЕСТНО (не только в попытках создавать общественные движения!), когда В МИРЕ «чего-то незыбкого уже просто нет», и оно «может быть только создано, построено, а не дано в качестве несомненности». И когда, требуя от реальности и друг друга чего-то УЖЕ незыбко-полноценного, мы превращаем наши деятельность и отношения в блуждание по замкнутому кругу. Когда, не находя этого незыбкого в "подобающей кондиции", мы начинаем взаимоотталкиваться и отчуждаться, сужая круг и коллапсируя до полного ступора и распада НАС КАК ОБЩЕСТВА.
      И значит, в том и СУТЬ, чтобы, находясь в том потоке дерьма, в котором мы все пребываем, придерживаясь тех или иных политико-идеологических позиций, участвуя ли в политической жизни общества, интересуясь ли ею вообще или нет, но всегда находясь в этом самом потоке, наполненном означенной субстанцией, мы должны именно УГАДЫВАТЬ в нём и в самих себе алмазы этого незыбкого, и именно СОЕДИНЯТЬ их, обретая тем самым опору для СОВМЕСТНОГО созидания чего-то незыбкого, собственно, уже в макросоциальном масштабе.
      А это, в свою очередь, значит, что, понимая ВЕЛИЧИЕ своих исторических Судьбы и Предназначения, мы, вместе с тем, должны всякий раз видеть чудовищный разрыв между этим величием, имеющимся в возможности, и положением дел, имеющимся в наличии. Разрыв, который образуется вот в этом НЕКЛАССИЧЕСКОМ состоянии, как состоянии бытия и сознания, имеющем место и у подавляющего большинства людей, и даже у участников авангардного общественно-политического движения, лишь несколько более системно и глубоко способных представить это состояние и этот разрыв.
      И понимая всё это вот так, пусть еще далеко не вполне отчетливо и связно в каких-то слагаемых и нюансах, но вполне отчетливо ПО СУТИ и связно ПО ОТНОШЕНИЮ К СВОИМ РЕШЕНИЯМ И ДЕЙСТВИЯМ, понимая это всё в целом таким образом, мы должны увидеть в этом
- реальное основание для постановки целей,
- реалистическую меру для оценки результатов их достижения,
- основание и меру для определения качества своих средств и методов, применяемых в этом процессе.
      И всякий раз, во всякой ситуации должны обращаться к возможности такого вИдения, осуществляя критическую саморефлексию по поводу соответствующего самосовершенствования. И всё это – во преодоление разрыва! Ибо не преодолев его, мы, при сколько угодно идейной накаленности и практической мобильности, не сможем осуществить главного, что требует от нас ситуация, – СПАСЕНИЯ страны во реализацию её Судбы и Предназначения.

          До встречи в СССР!

Tags: "Поехали!!!", Авангард исторического развития, Альтерглобализм, Воля к Смыслу, Гражданский Мир, Двусмысленность, Императивы развития, Историософская Диалектика, Историческая Судьба, Исторический смысл, Историческое время, Историческое творчество, КАТАСТРОФА, Красный проект, Любовь, Метафизические смыслы, Национальный вопрос, Новая парадигма, Политико-идеологическая коммуникация, Проектная Воля, Проектная методология, Самообман, Самоопределение Народа, Сверхдержавный Дух, Сверхмодерн, Слова и Дела, Спасение, Суть времени, Сущность человека, Ценности, концептуальная оптика, философская диагностика
Subscribe

  • Наследие Достоевского как руководство к действию

    — от тревожных прозрений — к надежде на грядущую Победу »»» ... — сиречь из подполья — вперёд и вверх »»» ... К 200-летию Достоевского ...…

  • решающее–3

    материалы за 2020 – 2021 гг. Блогу 10 лет! Представляя – в честь 10-летнего юбилея блога – очередную коллекцию ссылок на его свежие материалы,…

  • Об управлении людоедством в охотку

    — от фобий иноагентов »»» ... — к тревожным прозрениям »»» ... Коротко – предыдущее (подробнее – по 1-й ссылке в подзаголовке). Когда…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments